— Это верно, курить надо бросать, — с ноткой назидания в голосе заметил Хутчиш, взял «беломорину» и задумчиво повертел ее в пальцах. — Ну, быть или не быть, вот в чем вопрос...
Генерал, стравив пар и несколько успокоившись, с интересом ожидал, что будет дальше: по указу от тысяча девятьсот семьдесят третьего года заключенным объекта У-17-Б спички не полагаются, а ведь полковник огня не предложил...
Однако вместо того, чтобы прикурить каким-нибудь хитрым макаром, Хутчиш с двух сторон надорвал патрон папиросы до середины и отогнул края в стороны — получилась штуковинка, в профиль напоминающая букву "Т". Потом расправил хвостики, разгладил их пальцами и скрутил пропеллером. Командиры — полковник нервно покусывая нижнюю губу, генерал нервно крутя ус — следили за его действиями.
Не обращая на них внимания, прапорщик сжал серый цилиндрик между ладоней, резко крутанул его — и вдруг папироса, как игрушечный вертолетик, с тихим шелестом взмыла к самому потолку, к забранному металлической сеткой пыльному матовому плафону лампочки; «лопасти» слились в один белый мерцающий кружок. Но вот вращение замедлилось, и «вертолет» мягко шлепнулся на пол. Как майский жук.
— Шесть секунд, — нарушил затянувшееся молчание полковник Громов. И угодливо добавил: — Лучше на этот раз, а?
— Лучше, — согласился Хутчиш, с сожалением глядя на мертвую игрушку. — Но все равно не то. Такие дела.
— Полковник, увел бы ты меня отсюда, — подал голос генерал, окончательно перестав понимать, что происходит. Не удержался, запустил руку под мундир и горемычно поскреб в боку.
— Это еще не все, — безучастно возразил Хутчиш, припечатав «беломорину» каблуком — будто червяка раздавил. — Что я получу, если выполню задание?
— Проси что хочешь, — генерал перестал чесаться.
— Учитывая, что миллион долларов, яхту, виллу на Кипре и звание Героя России, если б мне все это вдруг понадобилось, я добыл бы за два-три дня самостоятельно, предлагаю тебе, усатый, своеобразную игру, — он вновь стал обращаться непосредственно к генералу, отчего полковнику совсем поплохело. — Давайте сделаем так: после выполнения задания мне дается двадцать четыре часа, в течение которых я буду иметь моральное право убить одного человека.